Архитектура: Модерн (Ар нуво)

Модерн - стилистическое направление в европейском искусстве конца XIX - начала XX века. Благодаря Всемирным выставкам оно стремительно распространилось по всей Европе и в первую очередь затронуло архитектуру и декоративное искусство. В Италии его называли растительным стилем или "либерти", в Великобритании - стилем модерн, в Испании - модернизмом, в Бельгии - стилем Вельде, в Австрии - Сецессион, в Германии - Югендстиль.

Стиль модерн возник как реакция на эклектизм, на безжизненное копирование исторических стилей прошлого, а прежде всего - на упадочнические вкусы, следствие коммерциализации изделий промышленного и машинного производства.

Возникновение стиля модерн в архитектуре и прикладном искусстве связано с основанием общества «Искусства и Ремесла» (1883), влияние которого распространилось на европейский континент. Это общество возникло из движения того же названия, боровшегося за возрождение художественных ремесел, и выступало против снижения художественного уровня продукции вследствие перехода к промышленному производству. Непосредственными его предшественниками были художественный и социальный критик Д. Рескин и поэт и художник - прикладник У. Моррис, которые призывали возвратиться к ручному труду, а также вместе с другими художниками и архитекторами по - новому определяли функциональные и формообразующие принципы архитектуры. Они выдвигали принцип целесообразности формы и художественной выразительности естественных материалов.
Архитектура: Модерн (Ар нуво). Брюссель, лестница в доме на ул. Турин. Архитектура: Модерн (Ар нуво). Балкон в стиле модерн.
Брюссель, лестница в доме на ул. Турин. Балкон в стиле модерн.
Для модерна характерны извивающиеся линии; в декоре его асимметричные арабески решительно порывают с традицией, создавая растительные мотивы (во Франции и в Бельгии) и линеарные формы (в работах австрийских сецессионистов или шотландского арх. Чарлза Ренни Макинтоша).

Вершины модерн достигает в архитектуре и в прикладных искусствах. В интерьере дома "Тасселя", в Брюсселе, расписанном Виктором Орта, декоративные возможности железа органично используются в мотивах текучести, повторяющихся и в рисунке инкрустированного пола, и в настенных росписях. Эта цельность проекта типична для стиля модерн (Ар Нуво), который охватывает и внутреннее убранство здания, вплоть до столовых приборов.

Эксперименты Орта оказали влияние на другого бельгийского архитектора, Анри ван де Вельде, который создал проект галереи для Сэмюэла Бинга. Во Франции этот стиль был популяризирован Эктором Гимаром, который в декоре станций парижского метро продемонстрировал, как далеко архитектура модерна ушла от традиций. Эксцентричный и специфически декоративный новый стиль использовался для отделки крупных магазинов, которые в это время начинают строиться в больших городах Европы и Америки, символизируя, таким образом, процветание и могущество торговли.

Значительное распространение в Европе получила также идея «города - сада», которую в конце XIX в. сформулировал - англичанин Э. Говард в своей книге «Города - сады будущего» (1898). Города - сады рассматривались как небольшие, но самообеспечивающие градостроительные комплексы на 32 тыс. жителей. Они должны были приостановить концентрацию жилья в больших городах и путем соединения жилища с природой способствовать оздоровлению жизненной среды.

Хотя модерн просуществовал всего 20 - 30 лет, влияние его в то время на все виды художественной деятельности было огромно. Следы модерна мы находим во всем: в архитектуре, в живописи, в монументальном искусстве, в книжной графике, плакате, рекламе, дизайне, одежде. От огромного общественного здания до дверной ручки, от монументальной мозаики до изящной вазы на столе, от живописного полотна до ложки и вилки - все носило на себе отпечаток этого стиля, если за дело брались художники, архитекторы и дизайнеры модерна. Все, к чему прикасалась рука художника, должно было стать прекрасным, каким являются природные формы, перед которыми эти художники преклонялись.

Но прошла пара десятков лет и случилось нечто странное (со странным стилем и должны случаться странные вещи).

Модерн обвинили в элитарности, в вычурности, в манерности, в эклектичности, в отсутствии естественности.

Со временем оказалось, что влияние этого стиля на новые поколения художников практически равно нулю, что позволило многим критикам воспринимать модерн как некую «случайность» в закономерном развитии искусства, как некий необязательный арабеск - закорючку на прямой линии этого развития. Художники модерна как будто канули в забвение. И модерн остался неким парадоксом, загадкой.

У всех на слуху громкие имена художников конца 19 и 20 века - импрессионисты, Пикассо, Матисс, Дали и т. д. Но мало кто знает у нас замечательного австрийского художника модерна Климта, а наш великий Врубель почти не известен «у них».

Все знают архитектора номер один двадцатого века Корбюзье и осознают то влияние, которое он оказал на развитие мировой архитектуры - ведь построены целые города в духе Корбюзье. Но имя одного из самых удивительных архитекторов в истории человечества - Гауди - долго было известно только специалистам, а его произведения остались одинокими сверкающими шедеврами, практически не повлиявшими на развитие архитектуры нашего времени. А ведь рядом с его сказками в камне знаменитые постройки Корбюзье выглядят унылыми коробками.

Модерн не вписался в техническую цивилизацию, потому что слишком благоговел перед природой, рисуя свои картины и строя свои дома по ее законам, по законам органических природных форм. Кроме того, он был неисправимым романтиком.

Русский модерн вдохновлялся другими источниками - своим 17 и 18 веком, своими древностями и фольклором. И, действительно, старое русское искусство: архитектура, одежда, утварь - уже сами по себе были азиатскими (хотя бы с точки зрения Европы). И вполне отвечали стилистическим принципам модерна. В этом смысле собор Василия Блаженного с его «пряничной», орнаментальной, разноцветной и в то же время «органической» красотой - это модерн (сравните с Гауди и увидите, насколько наш собор ближе стилю этого архитектора, чем, скажем, стилю Корбюзье). А старые русские терема с декоративностью их убранства! Даже простая русская изба с деревянной резьбой наличников, ворот и крыльца могла вдохновить любого архитектора модерна. А русский лубок, игрушка, народные росписи?!

Художникам и архитекторам, представителям русского модерна, сгруппировавшихся вокруг княгини Тенишевой в Талашкино, не пришлось ничего выдумывать, ничего заимствовать из других культур. Они просто слегка трансформировали народное искусство и получился русский модерн, русский стиль, который хоть и назывался кое - кем слегка презрительно стилем а ля рюсс, но, по - моему, может спокойно именоваться - без «ля» - русским стилем.

Модерн был забыт почти на 50 лет, и вдруг случилось чудо - о нем вспомнили. Он опять понадобился, он опять возродился - пусть в других одеждах, красках и формах - и не столько в живописи, сколько в жизни и быте. Его извлекли из пыльных библиотек и скучных музеев и привели на улицу, на площади, на стадионы рок - концертов. Это сделали «дети - цветы» 60 - х годов. Модерн «совпал» с мировоззрением хиппи, с их протестом против бездушного техницизма, с их тягой к естественности, к природе и, главное, с их увлечением Востоком.