Кустодиев



Кустодиев. Красавица


Красавица (1915)



Художественное направление, к которому принадлежал Кустодиев в 1910-е годы, условно можно назвать "неоклассицизмом". Оно предполагало ориентацию на великие образцы прошлого - с учетом новейших художественных веяний. Это своеобразный "пассеизм" - как в формальной, так и в содержательной области (последнее вообще характерно для идеологии "Мира искусства"), - но преображенный явным гротеском и непременной иронией (легкая улыбка видится уже в названии этого шедевра - как, к слову, и в названии написанной десятилетием спустя "Русской Венеры", продолжающей, несомненно, традицию кустодиевских "красавиц"). "Оглядка" на прошлое - в данном случае - мотивировалась и еще двумя вещами. Первая (личная) мотивировка - тяжелейшая болезнь художника, лишившая его "внешних" впечатлений. Ему приходилось жить в мире фантазии, одним из "стержневых" образов которого и является эта "красавица". Вторая (объективная) - война, разрушившая единое художественное пространство. Живописцы оказались отрезанными друг от друга, и поэтому обращение к старым мастерам (в "Красавице" можно услышать эхо венецианцев эпохи Возрождения и Рубенса) в этих условиях выглядело "концептуальным" актом. Кстати, "Красавица" была любимой картиной А. М. Горького, получившего в подарок из рук художника один из ее вариантов.

Купчихи и красавицы - это "ноу-хау" Кустодиева. Они демонстрируют зрелую манеру мастера, одновременно являясь зримым выражением его представлений о человеческой красоте. Да, это выражение несколько шаржировано, но подобная ироничность часто выступает лишь средством защиты от слишком "рафинированной" критики. Отсюда же - и некоторый эпатаж, с которым Кустодиев представляет свою героиню, помещая ее в центр полотна и выдвигая на первый план. Гармоничный контекст, образуемый красочным интерьером, однозначно диктуется ее образом (опосредованно действуя и в обратном направлении, уточняя и проясняя некоторые черты характера "красавицы"). Вся картина - это мечта о красоте, которая - как знать? - вдруг действительно спасет мир. Это мечта, это греза. Это сон о небывалой России. Кустодиев увидел ее в своей душе, привязал к середине XIX века, к какому-то "незнакомому городу" (чтобы не обвинили в придумывании), и заставил современников и потомков влюбиться в этот образ, полный здоровой силы, стати и грации. "Эстеты" усмехаются: "Ну разве же это красота?" "Эстетство" всегда отличается узостью. В действительности красота бывает разной. Идеал красоты подвижен и меняется в зависимости от географии, эпохи, социальных условий жизни. Красота античных статуй спорит с красотой византийского искусства, а прославление в искусстве готики умерщвленной плоти (сквозь которую ослепительно светит внутренняя красота) противоречит ренессансному культу опоэтизированной чувственности. У Кустодиева свой идеал. И он действитель но идеален, иначе бы не волновал своим странным изяществом уже несколько поколений любителей живописи.

Назад К списку картин Биография Продолжение