Ян Алоизий Матейко



Художник и историк

Иные называли Матейко гением, другие - посредственностью. Об одной и той же картине говорили и восторженные, и презрительные слова. Подобный разброс мнений публики свидетельствует, как минимум, о неординарности художника.

    Матейко не сразу нашел свой путь в искусстве. В его ранних работах очень заметно влияние популярного французского художника Поля Делароша (1797-1856). Оно просматривается не только в композиционном решении картин, но и в выборе сюжетов. Молодой Матейко вслед за Деларошем очень увлечен событиями сенсационного характера, а также любит морализировать.

    В этот "подражательный" период написаны "Отравление королевы Боны", "Убийство Ваповского", "Ночные приключения Яна Ольбрахта и Каллимаха" и т. д. Последним полотном Матейко, созданным под влиянием Делароша, стал "Станьчик", встреченный публикой и критиками весьма доброжелательно.

    В "Проповеди Скарги" Матейко выступает уже как самостоятельный и оригинальный живописец. Он освобождается от академических канонов, принятых в исторической живописи, и создает свой стиль, не поддающийся однозначной классификации.

    В своих исторических полотнах Матейко стремился показать не только и не столько внешнюю сторону тех или иных исторических событий. Куда важнее для него было передать зрителю свое видение их причин и следствий. Такой подход породил множество споров среди современников художника и знатоков его наследия. Анализ концепции Матейко невозможен без упоминания об известном краковском историке и драматурге Йозефе Шуйском (1835-1883), который придерживался сходной точки зрения на исторический процесс, называемой "историческим пессимизмом". Ее приверженцев объединял отказ от апологетического взгляда на историю и стремление найти источники ошибок и поражений прошлого в складе характера самих поляков.

    Поэтому даже в работах, посвященных выдающимся моментам истории Речи Посполитой, Матейко помещал "тревожные образы". Таковы, например Станьчик в "Прусской дани" или старый еврей в "Конституции 3 мая". Внимательному зрителю они могут сказать очень много.

    Как правило, творчество Матейко воспринимают сквозь призму истории. Исследователи говорят о сложной структуре его полотен, обращаются к толкованию какой-либо из фигур, которыми наполнены его картины.

    Гораздо меньше внимания уделяется стороне собственно художественной, хотя, надо сказать, Матейко очень ответственно относился к "рабочему процессу", полагая, что мелочей в ег<э ремесле быть не может. Каждый этап работы над картиной был тщательно продуман. Записи секретаря и приятелей Матейко дают нам довольно полное представление о технической стороне творчества художника. Например, Мариан Гожковский так описывает первый этап создания "Прусской дани": "Вначале мы положили холст на пол, сверху - подрамник, и, начиная с середины подрамника, стали прикреплять к нему полотно, постепенно натягивая его и идя от центра к краям". Затем художник загрунтовывал холст и наносил углем предварительный набросок.

    После "угольных химер" (так Матейко называл свои эскизы) он прорисовывал контуры, обводя их темно-коричневым цветом. Затем, расчертив холст на клетки, Матейко брался за масляные краски и прорабатывал каждый сектор.

    Очень много времени художник посвящал созданию деталей - его мастерская все время была полна разнообразнейшего "хлама", который помогал ему достоверно передать дух эпохи. Изображая фигуры, Матейко обычно пользовался услугами натурщиков. Ему позировали и родственники, и друзья, и люди, нанятые специально для этого. Особенно тщательно Матейко писал лица, добиваясь того, чтобы каждая черта лица была выразительной, "говорящей".

    Критики часто предъявляли Матейко обвинение в несоблюдении законов перспективы. Особенно много подобных насмешек досталось на долю "Битвы под Грюнвальдом", показанной на одной из ежегодных выставок в Париже. Не была обойдена и несколько необычная цветовая гамма картины. Французские критики отвели душу, осыпав ее градом колкостей и язвительностей. Один из них назвал полотно "небольшим, молью поеденным цветным декоративным ковриком".

    Много саркастических замечаний пришлось выдержать и "Прусской дани". Отмечая страсть художника к киновари, критики утверждали, что продажу этой краски надлежит запретить во всех магазинах Кракова. Любопытно, что картины Матейко (точнее, их цветовые решения) заинтересовали даже врачей-окулистов. Один из них исследовал несколько пар очков, использовавшихся художником.

    Осмеивали работы Матейко не только французы, но и некоторые польские живописцы. Известен, например, сатирический рисунок Славомира Мрожека под названием "Битва под Вартбургом".

    Но, несмотря на злопыхательство критиков и "собратьев по кисти", образы, созданные Матейко, прочно вошли в польскую культуру. Каждый школьный учебник истории Польши иллюстрируется работами художника. Была выпущена серия почтовых марок с портретами королей, представленными в его "Королях Польши". А в 1977 год)7 в Польше появились банкноты номиналом в 2000 злотых с портретами Мешко I и Болеслава Храброго, созданными Матейко. В последнее время эти изображения были использованы еще и в серии телефонных карт.

    Ян Матейко занимает особенное место в истории польского искусства. Он - самая заметная личность в художественном мире Польши второй половины XIX века. Еще при жизни этот болезненный, практически ничего не видевший без очков человек вознесся до уровня национального героя. В 1878 году Матейко получил от городских властей Кракова жезл, символизирующий признание его заслуг перед польской культурой.

    Глубоко веря в великое предназначение и "страшную силу" искусства, Матейко всю жизнь служил ему - не как ремесленник, но как жрец. Он был убежден, что его земной путь - это путь миссионера, который должен направлять людские души.
Назад К списку работ